96312f89     

Сидоров Александр - Из Истории Русского Уголовно-Арестантского Арго



Александр Сидоров
Из истории русского уголовно-арестантского арго
ЖАРГОН ПРЕСТУПНОГО МИРА появился с появлением преступности. Особый,
тайный язык преступников существовал с давних времен и на Руси. Одно из
письменных тому свидетельств - анонимная "Автобиография", которая
приписывается известному "российскому мошеннику, вору, разбойнику, и бывшему
московскому сыщику" ХVIII века Ваньке Каину (впервые отрывок из этой
"Автобиографии" был опубликован Матвеем Комаровым в его "Жизнеописании
Ваньки Каина").
Встречающиеся в тексте жаргонные слова и выражения в скобках
переводятся на литературный язык:
...По приезде секретарь меня спрашивал: по которому пункту я за собой
сказывал? коему я говорил, что ни пунктов, ни фунтов, ни весу, ни походу не
знаю, а о деле моем тому скажу, кто на том стуле сидит, на котором собачки
вырезаны (то есть на судейских креслах)...
...На другой день поутру граф Семен Андреевич Салтыков, приехав,
приказал отвести меня в немшоную баню(то есть в застенок), где людей весют,
сколько кто потянет...
И далее в том же духе. Уже тогда жаргону был свойствен "черный юмор"
висельников: "людей весют, сколько кто потянет" - намек на дыбу; "немшоная
баня" (по Далю - "срубленный без мха, непроложенный, непробитый мхом") -
ироническое определение каменных подвалов, стены которых действительно были
"немшоными", но жару там задавали куда больше, чем в бане...
БОГАТЫЙ ЛЕКСИЧЕСКИЙ МАТЕРИАЛ для изучения жаргона преступников и
арестантов оставила нам литература ХIХ века, а также труды лингвистов,
уделивших огромное внимание изучению так называемых "тайных" языков. Именно
благодаря этим людям мы имеем возможность достаточно подробно проследить
становление и развитие так называемой "блатной фени" - того арго, которое
явилось основой современного "воровского" языка.
Чаще всего многие исследователи русского уголовного жаргона связывают
его традиционное название - "феня" - с "офеней", или "офенским" языком, то
есть языком бродячих торговцев-коробейников ХIХ века. Связь эта несомненна и
очевидна. Многие слова действительно перекочевали из "офенского" языка в
жаргон преступников. Тем более что, при всем различии, уголовники и мелочные
торгаши вразноску (как определял офеней Владимир Даль) имели и кое-какие
общие черты. Нет, конечно, офени часто, как раз напротив, становились
жертвами преступлений. Одной из причин, подтолкнувших их к созданию тайного
языка, была необходимость обеспечить свою безопасность. Посторонний не
должен был знать, где они берут свой товар, сколько этого товара торговец
несет с собой, куда и какими путями направляется, сколько денег выручил...
Однако не следует представлять коробейников только безропотными
жертвами. Не случайно сами себя они называли также "обзетильниками": на их
тайном языке "обзетить" значило обмануть, "обзетильник" - плут. Стало быть,
тайный язык нужен был и для "обмена опытом", передачи сведений о местах,
наиболее благоприятных для мошенничества...
Влияние на "блатную музыку" оказали и многие другие условные языки
торговцев и ремесленников. Владимир Ленин в своей работе "Развитие
капитализма в России" подчеркивал стремление мелких промышленников оградить
себя от конкуренции. Он писал, что эти ремесленники "всеми силами скрывают
выгодные занятия от односельчан, употребляют для этого разные хитрости...,
не пускают никого в свои мастерские, ...не сообщают о производстве даже
родным детям". Как одну из таких "хитростей" Ленин называет "матройский
язык", кото



Содержание раздела